я помню море перед грозою

Старый Мариуполь Я помню море пред грозою: Пушкин в Приазовье

Четверг, Май 17th, 2012

Южной ссылке А. С. Пушкина посвящены десятки книг и сотни публикаций, однако полной ясности по некоторым вопросам нет и до сих пор.

 Целью этой статьи является уточнение маршрута и места первой встречи поэта с Азовским морем, а также анализ различных версий, высказанных в свое время писателями и краеведами по этим вопросам.

Рано утром 29 мая 1820 года (данные М. Цявловского по старому стилю) к Мариуполю со стороны Белосарайской косы подъезжал кортеж генерала Н. Раевского, легендарного героя Отечественной войны 1812 года. С ним ехали две дочери: Софья и Мария вместе с компаньонкой, гувернанткой и няней; младший сын Николай с Пушкиным и доктором Рудыковским, а также прислуга. После суток утомительной езды от Екатеринослава (ныне город Днепропетровск) по пыльному Мариупольскому тракту они увидели Азовское море в районе конно-почтовой станции Ялта-Камышеватая с расстояния 3-4 верст (по данным мариупольских краеведов). Генерал делает запись в путевом журнале: “Открыли глаза наши – Азовское море”. На этом основании они считают, что именно здесь произошла первая встреча Пушкина с Азовским морем, а также известный эпизод, описанный поэтом в стихах: “Я помню море пред грозою”.

Для доказательства этой версии краеведы Л. Яруцкий и А. Проценко приводят цитаты из книг известных писателей Л. Гроссмана, В. Мануйлова, Вс. Воеводина и других. Но эти исследователи не указывают конкретное место встречи с Азовским морем, а лишь предполагают, что это могло произойти в районе Мариуполя. Ссылки на эти предположения не могут служить весомыми аргументами в пользу Ялтинско-Мариупольской версии.

Более серьезный подход – это анализ первоисточников, каковыми являются путевые записки генерала Н. Раевского. Из записок генерала следует, что на пути к Таганрогу он спешил на “первую почту за Мариуполем”, так как знал (из сообщений по эстафете), что там для него приготовлена смена почтовых лошадей. Поэтому генерал не мог в этом месте сделать “крюк” около 6-8 верст только для того, чтобы полюбоваться морем на берегу. Кроме того, было около 6 часов утра, и в каретах все дремали после суточного марафона длиной 250 верст от Екатеринослава.

Эти факты говорят о том, что в районе станции Ялта-Камышеватая наши герои ограничились только “визуальной встречей” с морем на расстоянии нескольких верст в течение 15 минут, пока перепрягали лошадей. Кортеж генерала Раевского поворачивает на Мариуполь и около 9 часов утра выезжает на базарную площадь, ныне площадь Освобождения (где находилась почтовая станция). Прогулявшись по базару и поинтересовавшись ценами на хлеб, генерал делает короткую запись о Мариуполе.

После переправы через Кальмиус дорога пошла в земли Войска Донского, и примерно черед два часа Раевские подъезжают к хутору Пикуз (совр. село Коминтерново), где находилась первая почтовая станция после Мариуполя – “Широкая”. Название этой станции и ее местоположение установлено мариупольскими краеведами. Об этой станции в дневнике генерала имеется запись: “На первой почте за Мариуполем мы встретили жену Гаевского, которая дожидалась меня трое суток и отправилась к мужу; ей не давали лошадей, для меня приготовленных. Она зато приготовила нам завтрак. Мы поели, я написал вам письма (адресованы жене и дочери в Крым – Б. Б.) и поехали”. Можно предположить, что, отдохнув пару часов в тени во время полуденного зноя, Раевские с Пушкиным тронулись в путь около 3 часов пополудни. До Таганрога оставалось около 100 верст, что составляло 8-9 часов нормальной езды на перекладных. При этом раскладе они должны были прибыть в Таганрог до полуночи. Однако в записках генерала сказано: “В Таганрог приехал утром”. Такое расхождение в датах прибытия в Таганрог до сих пор не имеет объяснения и вызывает сразу несколько вопросов:

1. По какому маршруту ехал поезд Раевских после станции Широкой?

source